Вы здесь

«Культура — это палимпсест» – интервью с авторами романа «Архив барона Унгерна»

 

В независимом издательстве Чтиво состоялся релиз романа-фантасмагории «Архив барона Унгерна», одного из самых необычных произведений современной андеграундной литературы. Мы расспросили О. Новокщенова, А. Киреева и Д. Горшечникова об их книге.

Как бы вы определили жанр этого произведения?

Александр Киреев: Квазиисторический роман-фасилитация.

Дмитрий Горшечников: Метаисторический.

Олег Новокщенов: Это строго исторический роман с точки зрения истории как науки, но он не имеет никакого отношения к истории, как реальному прошлому.

Кому из вас пришла в голову идея книги?

О. Н.: Идея пришла всем троим, практически одновременно. Шёл 2003 год. Каждый из нас к этому моменту уже что-то писал для себя, и даже публиковал. Мы решили объединить рукописи под одной эстетической крышей.

И этой крышей стал барон Унгерн?

Д. Г.: Не совсем. Точнее, совсем не он. А карлики и Эйнштейны. 

Поясните.

Д. Г.: Однажды в лифт, в котором мы ехали, зашел Олег. У него была прическа Эйнштейна и аперитив. Нам показалось, что он воспринимает нас, как карликов. Так появилась концепция «Гений самодостаточен, патология самоистребима», которая легла в основу нашего метода декомпозиции исторического процесса.

Расскажите подробнее об этом методе. В чем его уникальность?

О. Н.: Метод абсолютно уникален, он позволяет сбалансировать предопределённость, божественное вмешательство и человеческий фактор в историческом процессе, чего не смогла предложить ни одна фундаментальная методология. Но не это главное. Самое важное заключается в том, что мы даем читателю возможность существовать параллельно в нескольких реальностях: повседневной, эстетической, а также в исторической реальности, наполненной образами и аллюзиями. Читатель волен выбирать, в какой реальности ему актуализироваться. 

Что вы можете сказать о бароне Унгерне как исторической личности?

А. К.: В нашем понимании Унгерн является представителем древнейшей и, к сожалению, малопопулярной сегодня профессии — дизайнер истории. Это человек, который, прожив жизнь, возвращается снова и снова, чтобы откорректировать кое-какие детали, факты и судьбы. Недостаточная популярность этой профессии в наши дни обусловлена тем, что никто сейчас толком не умеет этого делать — умерев, вернуться обратно с конструктивной повесткой. 

Кто из наших современников более всего на ваш взгляд похож на Унгерна?

А. К.: Насчет людей не скажу, а из существ — птицы-урбанисты. Они прекрасно прижились в экосистеме города, не принося никакой пользы. Так и Унгерн удачно вписался в историю, будучи совершенно бесполезен. 

Д. Г.: Насчет бесполезности готов поспорить!

А. К.: Только не здесь. 

О. Н.: И не сейчас.

Хорошо. Вы упомянули, что в 2003 году рукопись была почти готова. Прошло столько времени. Почему роман не был опубликован раньше?

О. Н.: Когда редактура текста была закончена, мы начали рассылку рукописи издательствам. Но тут же начались необъяснимые происшествия и мистические совпадения. Чего стоил один только издательский кризис 2008 года!

Вы думаете, он как-то связан с романом? 

О. Н.: А вы сомневаетесь? По-моему, все очевидно. В романе есть ответ на вопрос: почему обстоятельства препятствуют публикации в одних случаях, и способствуют — в других. Всё очень просто, культура — это палимпсест. Ну, вы понимаете... В итоге рукопись ждала своего часа, и к счастью, дождалась. 

Кто ваш читатель, и чем «Архив барона Унгерна» может привлечь внимание аудитории?

Д. Г.: Спешу развеять миф, что наш читатель — интеллектуал. Ничего подобного! Хотя, с другой стороны, почему бы и нет? 

О. Н.: Скорее нет, чем да. В диапазоне от «решительно нет» до «нет-нет, да и да». 

А. К.: Пожалуй, соглашусь. Книга адресована чрезвычайно широкой аудитории. Это связано с наличием нескольких параллельных фабул,  каждая из которых может заинтересовать своего читателя. Книга написана в форме гипертекста, поэтому ее можно читать с любого места и в любом порядке. Вы можете вообще не читать роман, прочитав только примечания, этого будет вполне достаточно для понимания эстетики произведения. Любители поэзии оценят как небольшие стихи, так и крупную форму, ведь составной частью романа является поэма, точнее, две. Также в книге представлены стихи в прозе, эссе, исторические очерки и даже полноценное историографическое исследование. При этом книга не является романом в рассказах, или абсурдистским романом, так как имеет жёсткую логику повествования и сквозную смысловую структуру.

В начале беседы вы употребили термин «фасилитация». В чем она заключается применительно к вашей работе?

А. К.: Фасилитация — вид группового тренинга, в ходе которого участники рождают новые смыслы. Роман направлен на то, чтобы побудить читателя осознать эстетическую реальность на новом витке, за рамками текста и даже вне контекста. Большой удачей является то, что фасилитаторов (то есть авторов) трое, что практически гарантирует успешный результат. 

Скажите, если бы все, о чем повествуется в книге, было правдой, какое будущее ждало бы человечество?

Д. Г.: Но это и есть правда! 

А. К.: Всё, о чем говорится в романе, является бесспорным историческим фактом... Правда, не при любых обстоятельствах, а при строго определённых, но это уже нюансы. 

О. Н.: Я думаю, вы, как и любой читатель, сами без труда сможете найти ответ на этот вопрос. Подобно пазлу, он рассыпан по всей ткани романа. Собрав пазл, вы ясно увидите картину будущего.

Похожие статьи

Довлатов интервью

Сергей Довлатов является известным советским и американским писателем. Большую часть своей жизни писатель жил в СССР. В...

Книги Эрнеста Хемингуэя

Как стать успешным, есть ли верный путь к успеху? Начнем с того, что успех можно мерить разными мерилами. Что успех для вас...

Профессиональный копирайтер

Некоторые, у кого лежит душа к творчеству и литературе, задаются вопросом, как стать копирайтером. И важно не просто быть...